Фотография Виктора Ратушного. Кинбурнская коса. Выставка-посвящение

Фотография Виктора Ратушного. Кинбурнская коса. Выставка-посвящение

Фотография Виктора Ратушного. Кинбурнская коса. Выставка-посвящение. С 3 по 24 ноября 2018 года.

Баркас Гермес причалил на косу. Что я увижу в этом призрачном раю, где оказался вновь по воле случая, где всё знакомо? Но я другой, – с таким вопросом я сошёл на берег.
Песчаный грунт дороги и воспоминания прошедших лет сковали мои ноги. И я присел на край дороги – перекурить. Вечерело. Закапало небо, воздух пьянил, папироса горела, безлюдно и тихо вокруг. В такой тишине слышен шёпот любимой и вечность дороги в шелесте трав. Коровы мычали и ветер гнал тучи, дорога темнела и звёзды погасли, а я всё сидел и смотрел, как бездонная мгла неба озарялась вспышками молний. Словно дух прорывался сквозь пелену моих мыслей и чувств. Ливень и град горошинками проливали откровение лета, и я его впитал до последней ниточки, когда шёл по дороге к ночлегу, где семь лет назад было безоблачно и радостно. Наступила первая ночь на косе.

Мои соседи – мелкие тираны, по-привычке, жлобствуют. Я пытаюсь не замечать и прихожу обратно, чтобы упасть и никого не видеть, а глубокой ночью выйти в поле и наблюдать звёзды. Третий день прошёл без единого кадра. Паук-красавец измеряет длину стенки. Дважды. Заходил к бабе Оле, где с Леной мы однажды гостили. Бабушке 91 год и она плохо видит и слышит, но мы поговорили о прошлом. В саду осиротели старые качели, остались одни канаты. Все строения покосились. Пусто и грустно, и хочется убежать, но некуда. Никто не ждёт. Может сосед играет в шахматы, тогда есть предлог.

Свободный как ветер и тоска на душе. Каждый вечер встречаю баркас. В голубой дали он почти незаметен, но через час шестьдесят туристов сойдут на берег и ещё шестьдесят поплывут обратно по расписанию, три раза в день. Пульсация косы в разгар сезона отражалась в лицах. Своих всё реже стало видно. Жара, желтеет трава, меняется кожа. Раньше мы мечтали о многом, но нет тебя рядом сейчас. И море в истоме колышет тонны водорослей и выплёскивает на берег. Их так много, что плавать совсем невозможно. Эти письмена на воде и град в день приезда явились знаком для моего пробуждения и спасения от глубокой печали.

Иду по кромке моря в золотистый закат. Кто-то запускает змея, кто-то ловит космических скатов. Силуэты и тени гуляют в ореоле света, и я чувствую, что становлюсь моложе. О, Боже! Две плёнки удалось снять и пройти сто километров. Теперь я знаю, что ищу заветных 7 кадров, и Господь помогает. Печаль немного отпустила, соседи больше не хамят, жара прохладой извинилась и можно продолжать опять идти, до края очертаний. Там, где встречаются лиман и море, где нету горя, нет вины, где две волны рисуют купол рая в мгновении тишины.

Загорел за двоих, уже Робинзоном прозвали. Как прекрасно идти по косе в трусах и не задумываться о том, что важно. Хотя, на косе нет рыбы и это диагноз. Мои следы на песке смывает волна, и я не спорю с судьбою. Как всегда, пью чай допоздна, ярко светит луна, и мне не до сна. Фотокадры мгновений дня отпечатались в памяти. Они передают ускользающую связь времён, когда мы счастливы. Наше немое кино или кинбурнская недосказанность, как взгляд лежащего на песке, как поэзия длинных теней на закате и морского шёпота.

После долгого летнего зноя наступили дожди. Всё промокло и никуда не нужно идти. Четвёртая плёнка почти закончена, двести километров пройдено и две пары штанов до дыр сношены. Пора уезжать. Устал до последней косточки. Пески и жара выматывают, а холодное пиво предательски воспаляет горло и вода течёт через нос. Сосед угостил самогонкой, но не пригласил за стол. Два килограмма мяса они ели с женой. И я пожелал им здоровья, выпил сто грамм и ушёл. Может поможет с горлом.

Вчера ходил в Хутора по песку в поисках брынзы. Удалось купить 500 гр., но дорога меня замучила. Какой-то упадок кругом. Нет ни вина, ни хорошей закуски, даже взгляда не сыщешь. Только полчища комаров напоминают о жизни. Свои люди блуждают в надежде нового рая. А есть ли он ещё на земле? Если отшельничество здешнего люда не сделало его добрее, то зачем оно нужно? Правда, есть исключительный домик у Галины Петровны в Рымбах, размером всего 5х5 или меньше. В нём свет переливается с Востока на Запад, и стены украшены морскими ракушками. Внутри стоят две кровати и столик и никаких соседей вокруг. В общем, всё, что нужно. Очень душевный и всегда занят.

Ждать больше нечего, никто не приедет. Чужой не поймёт, а своих не видать. Перья вдоль берега лежат одиноко, полёт их закончен, как немое кино. И напоследок, отбросив всё ложное, я вышел на пристань с бутылкой вина. Ветер наполнил гудением горлышко после большого двойного глотка. Словно два лета безмолвия встретились и посмотрели друг другу в глаза. До свидания коса, наша песня исполнена для всех кто любил и любит сейчас. Баркас незаметно причалил на пристань с последним глотком дорогого вина.

С 3 по 24 ноября 2018 года
Ежедневно (кроме среды) с 10:00 до 17:00
048 24 67 46

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *
You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>